Бог ты мой, улыбнулся. Зариф-абый улыбнулся. Надо же...
Зариф. Иди к себе
Назиба. Ладно, я пойду, Зариф-абый. Люди не знаю, что и подумают... (Уходить она, однако, не собирается.)
Из дома выходит Ильфат.
Ильфат. Отец, тебе твой начальник Хафизов звонит.
Зариф. Мансур? Что случилось?
Ильфат. На работу выйти просит.
Назиба (Ильфату). Скажи, что не может. Нашли дурака. У него три дня отгула, никуда он не пойдет.
Ильфат (отцу), Говорит, очень нужно. Я сказал: выйдет.
Назиба. Ты зачем за отца отвечаешь? Разве он сам себе не хозяин?
Ильфат (Назибе). Я же его знаю. Поворчит, а все равно пойдет.
Назиба. А вот и не пойдет. Шагу не делай, Зариф-абый.
Ильфат. Хафизов очень просил.
Назиба. Если каждый начнет просить...
Зариф. Не лезь. Это не твое дело. Назиба. Я просто так, Зариф-абый. Одежду принести? (Уходит.)
Зариф (Ильфату). Пойдешь со мной? Ильфат. Что мне там делать?
Зариф. Мансур зря беспокоить не станет. Наверно, что-нибудь серьезное. Ты же инженер.

Пока они разговаривают, из дома выходит сын Ильфата — 3уфар. Он идет к беседке, берет оставленный Зарифом транзистор, слушает. В эфире из разных стран, на разных языках передают последние новости. Часто слышится слово «нефть».

Занавес