Я оглянулся отчего-то, как на оклик, но ничего не увидел, кроме раскатанного поля.
И снова перебирал рисунки. Лицо старика, точно взрезанное плавником рыбы, мне понравилось. Я при­слонил рисунок к зеркалу. Мелкие солнечные пятна блескучей чешуей устилали пол. «А старик чем-то по­хож на меня»,— сказал вслух.
Стадо, вернулось — и деревня успокоилась. Замерла на полувздохе.
Я вскипятил немного чая, крепенько заварил. Прос­нулось смутное желание, как тоска по неведомой яго­де, — названия ему не было. Нарезал сыр. С удоволь­ствием взял в руку стакан. Тихо смотрел на улицу и все о чем-то жалел: почему же не сошел?..
Два бычка гулко столкнулись головами и чуть не скатились в овраг. Я подумал: во мне тоже что-то столкнулось. Корова терлась боком о забор, а откуда-то из глубины сада ей кричал человек. Мимо пронесла пустые ведра Надежда, оглянулась на окна и встрети­лась со мной глазами. Скользнула усмешкой, опустила голову. Я, задержав дыхание, следил за позваниваю­щими ведрами. Вот и этот звук пропал, сорвался в ов­раг. Слабо позвал.