Насима. Хи-хи-хи... Шутки шутишь, а как же. Джелал. Нет, на самом деле. Совсем людей нет на женские роли, некому играть, понимаешь? У тебя, наверное, много знакомых девушек. Поговорила бы с теми, какие порезвее, посообразительней, а? Вдовушки,, которые помоложе, они тоже подошли бы.
Насима. Ну и шутник, ох, уморил прямо, хи-хи-хи...
Джелал. Да что ты заливаешься? Клянусь алла­хом, серьезно спрашиваю.
Насима. Проси невесту себе подыскать — найду такую, что лучше и во всем свете не сыщешь, коли суж­дено будет, да. Сегодня попросишь, так на следующий четверг и свадебку сыграем, если аллаху будет угодно, а как же! Вот, погляди, я до седых волос дожила, а никто еще меня до сих пор на смех не поднимал. И чтоб я нынче уговаривала детей правоверных мусульман в «киатре» вашем недостойную комедь ломать? Чтоб я в мои годы на потеху себя выставила?.. Упаси и поми­луй, всевышний! Ну, из неверных кого и можно бы по­пробовать, да только я по-ихнему-то совсем не сообра­жаю. Ну, и ладно, теперь об этом бросим, да об сокро­венном спросим, да, Джелалетдин, детонька моя.
Джелал. А мне «об этом» важнее, бабушка Насима.
Насима. Ох, бросил бы ты чепуху молоть... Слу­шай меня, Если ты сам Камиле как следует скажешь.
она тебя послушает. Дурной ты или достойный, а все одно ей старшим братом приходишься. А теперь и вов­се заместо отца ей. Ну, а если Камиля согласится, боль­ше ничего и не надо. Счастье само тогда привалит, да, коли всевышний этак распорядится. И в таком случае сестра твоя, ай-яй!.. сколько будет блеска-треска, как эта... губернатора невеста, только и будет, что в лако­вых экипажах раскатываться. Да ты и сам тогда сразу в люди выйдешь! Кто ты есть сейчас? Балаганщик, комедиянт, людям на смех. А станешь главным при­казчиком в главном магазине хаджи-эфенди, а как же. Носить тебе дорогой картуз, достойным людям красный товар отвешивать тогда, вот помяни мое слово.
Джелал. Ну, а ты, сама-то?
Насима. А чего — я-то?
Джелал. Ну, ясно: в новеньком шелковом чапане, как пава, станешь выступать, с блеском-треском...
Насима. Да, очень даже верно ты рассудил. Ми­лости аллаха да байских щедрот на всех достанет! Как пава, значит, с блеском-треском... Да ты не все сказал еще. В расшитых ичигах, в блестящих калошах, вот уж и впрямь, как пава, с треском-блеском, да... Только вот от всей души тебя прошу, миленький, дело надо ускорить. Больно уж торопит хаджи-эфенди. Богаче ведь что? Любят, когда дело спешно делается. Так я на тебя надеюсь, коли всевышнему угодно будет, лад­но, золотой? Не то упустим счастье из рук. Не приведи аллах.

Со двора доносится, дай собаки. Вбегает слегка растрепанный хаджи.
Хаджи. Ассалямагалейкум, здрасти! Джелал. А вот и оно, счастье, легко на помине! Вагалейкумассалям, хаджи-эфенди, добро пожаловать,
проходите.
Хаджи. Как поживаете, как здоровье, в полном ли порядке? Все ли благополучно со здоровьем вашей наи­достойнейшей семьи, у ваших драгоценнейших родствен­ников и близких?
Джелал. Весьма пока благополучно, хаджи-эфен­ди. Драгоценнейшие родственники и вся наша наидо­стойнейшая семья в изрядном благополучии и здоровье пребывают.
X а д ж и. Хвала аллаху. Здоровье превыше всего, надобно жить в здоровье я благополучии. Да оделит, всевышний, всемогущий в всемилостивый правоверных
Мусульман здоровьем!.. Кхм!..

Мотнув украдкой головой, делает знак Насиме. Та поднимается.

Насима. Ну, что ж, прощевайте тогда пока, ухожу, и дела кой-какие накопились там...
Хаджи. Ладно, прощай. Занимайся своими делами, к примеру.
Джелал. Заходи иногда. Не забывай вас. Насима. А как же, коли всевышнему угодно будет, и зайду вскоре. Чего ж не зайти... Пока дело наше не утрясем, уж ясно, что не успокоюсь.
Хаджи. Ладно, ладно. Так и сделаешь, к примеру.
Насима. Уж когда я за дело взялась, пока до кон­ца не доведу — не остановлюсь, привычка такав, вот даже...
Хаджи. Да хватит тебе, к примеру, не болтай так много.
Насима. Уж коли мне сам хаджи-эфенди сне свя­тое дело поручил, так я для него постараюсь в ле­пешку разобьюсь, а до свадьбы доведу... с блеском-треском, как губернатору невесту, значит… Вот так и знай, аминь, с именем всевышнего.