- Вижу, девушка, и свет не мил. Клянете почем зря? Высокий, крепкий мужчина лет сорока подошел и встал перед ней. Асия молчала, будто и не слышала.
- Мир хорош, девушка, не ругайте его, не надо Асия даже растерялась на миг. Что тут скажешь?
Нет, лучше молчать, не слышу, дескать, и все. Уж кого-кого, а мужчин, которые плетут что ни попадя и смолой липнут к одиноким девушкам, встречать доводилось. Не впервой.
Хотя... этот похоже не из таких. Еще утром вошла в просторный зал аэропорта — и сразу увидела его. Одеждой, ростом, спокойным видом и всей повадкой, в которой вместе с достоинством была легкая, чем-то даже приятная заносчивость, он сразу бросался в глаза. Слов нет, приметен. Вот и приметила. В командировку едет, по важным делам, по государственным, не иначе. Или из командировки возвращается. Вот уже часа два он сидел и неторопливо листал какой-то иностранный журнал с цветными картинками, по сторонам не смотрел, ни с кем не заговаривал. И посадка была солидней, и журнал в руках держал как-то солидно. «Может, дипломат или иностранец какой?» — подумала Асия. От нечего делать она долго наблюдала за ним, благо он как уткнулся в журнал, так головы и не поднимал.
А теперь — рослый, осанистый, встал перед ней, белый свет заслонил.
Вот и прикинься, что в упор его не видишь. Острым словцом не отбреешь, да и причины пока нет. А он уходить не собирается, стоит, улыбается мягко и чуть снисходительно. Все такой же уверенный и спокойный. И слова все те же:
- И жизнь хороша, девушка. Не надо, не кляните ее...
Асия не удержалась, подняла голову.
— И не собираюсь. Покуда я от жизни ничего плохого не видела.
Глаза их на мгновение встретились.
— Вот, стало быть, как,— мужчина озабоченно свел брови.
— Стало быть, так.
Асия увидела: шевельнулась ямочка на подбородке и, стараясь скрыть невольную улыбку, поджался краешек рта. Странная улыбка, не поймешь, что в ней прячется. И снова зажглось любопытство: кто он? Что за человек? Что хочет сказать ей? Может, серьезное что-то? Или, как говорится, дурью мается, не знает, куда себя деть, начнет болтать всякую чепуху, лишь бы время убить? Знаем, знаем, и видели таких, и слышали -усмехнулась Асия, не поднимая лица. Она закинула ногу на ногу, одернула подол. Но заупрямившийся подол тоже потянул на себя, и коленка выехала на свет. Придерживая рукой, она снова подняла взгляд на мужчину и все же, что он хочет сказать, что означает его улыбка?
Уже несколько пар чужих глаз с лениво разгорающимся любопытством смотрели на них. Часами изучали от скуки, не знали, куда ткнуться, а тут такое зрелище: мужчина с девушкой решил познакомиться!
Асия щеками почувствовала, как две сидевшие по бокам пожилые тетки с обеих сторон скосили на нее глаза. Та, что справа, только было расстелила газету, собралась заморить червячка, отравила его в рот — да так и замерла во рту, жевать даже перестала. Вот и этим потеха. Богом данную пишу и ту проглотить забыли, ждут, что она теперь скажет. Как же тут оставить без ответа - тут уж мямлить нельзя.
— На жизнь, выходит, не жалуетесь. Это хорошо. Значит, вы счастливая?
— Да, пока не жалуюсь,— сказала Асия. Чувствуя, что взглядов со стороны становится все
больше, она еще чуть-чуть высокомерно улыбнулась. Это высокомерие, как знала она, в таких щекотливых случаях должно отмести от женщины чьи-то пустые надежды и всякую напраслину.
— А я ведь с предложением к вам. Полагаю, уместным.
— Полагаю, неуместным.
— Вы проголодались. Приглашаю в ресторан.
— Спасибо. Я с незнакомыми мужчинами в рестораны не хожу. Нет такой привычки. («Господи,— Разочарованно подумала она,— только и всего! Как все просто!»)
— А я...— мужчина на миг замолчал. То ли растерялся слегка, то ли новое что-то пришло в голову.— Ну, незнакомыми мужчинами в ресторан я тоже не хожу. Но и один не привык.
— Бедняжка!..
— Я серьезно, девушка. От чистого сердца приглашаю.
— От чистого сердца отказываюсь, спасибо!
— Не поняли вы меня...
— Прекрасно поняла. Пригласите кого-нибудь другого — Такая привязчивость уже начала надоедать. Она кивнула в сторону.— Вон сколько людей кругом, полон зал.