1

Говорят: если твое счастье забодает корова, не собе­решь по деревне даже тех денег, за которые подрядился пасти скот. Оказывается, это верно. Все невзгоды старо­го Шаяхмета идут от того, что в сруб его дома попало кривослойное бревно. По словам старухи Хабиры, а она знает много поверий, начало всех бед именно из-за этого бревна.
Впервые кривослойное бревно заявило о себе тогда, когда Шаяхмет задумал жениться. Случилось это в че­тырнадцатом году. Германская война гремела уже вовсю, но она пока не касалась Шаяхмета. Итак, он задумал жениться, и все, кажется, шло гладко, все обычаи сватов­ства соблюдены, и вот пришло время идти жениху к не­весте. Но тут вдруг сообщают; невеста взбунтовалась, Шаяхмета видеть не желает, лучше, говорит, умру, чем с этой размазней в постель лягу. И что такое с ней слу­чилось, какая вожжа под хвост попала? Ведь опозорила своего родителя, опозорила! И — делать нечего, пошел отец к хазрету.
— Хазрет, дочь моя взбеленилась, не желает прини­мать жениха Шаяхмета, хоть што делай. Помоги, хазрет!
Старый хазрет, уже благословивший этот брак, весь­ма удивился такому обороту дела и, поглаживая козли­ную бородку, задумался. Ох уж эти нынешние женитьбы! Сколько из-за них беспокойства в последнее время! Га­зета «Йулдуз» в каждом номере твердит, что при освя­щении брака мулла обязан учитывать согласие невесты.
Да, теперь с этим делом очень строго, и уже несколько мулл за темные делишки лишилась указов. Как же быть сейчас с этим Шаяхметом? Старый хазрет представил свое имя на странице «Йулдуз». О аллах, нет, нет!..
И вот вместо жениха Шаяхмета к невесте входит старый хазрет. Он запирает за собой дверь и присаживается к заплаканной девушке.
— Лучше убейте меня, но не могу я видеть этого олу­ха!— взмолилась девушка и зарыдала пуще прежнего, и полные груди ее затряслись от этих рыданий. И в са­мом деле, ее было очень жалко. Но что же делать, ведь все уже готово к приходу жениха: мягкая постель, льня­ные белоснежные простыни... И если подумать, то на лицо Шаяхмет не так и дурен. Зачем же упрямиться?
— Нет, нет, лучше повесьте меня!..
— Успокойся,— сказал ласково старый хазрет, погла­живая руку девушки.— Понимаешь, ради меня... Если ты заупрямишься, то я погиб, у меня отберут указ, лишат сана... А детей у меня много, сам я стар... Ради меня! Если ничего не получится, недели через две-три ты раз­ведешься с ним; Очень прошу тебя, согласись!..
И вот он уговорил девушку, и она согласилась. Но, как и сказал хазрет, через две недели жена Шаяхмета развелась с ним.
Но что же делать? Ведь дому нужна молодая невест­ка, а кроме того, и сам Шаяхмет захотел по-настоящему узнать, что такое теплая перина. И парень стал подумы­вать о второй женитьбе, ведь недаром говорят, что в ти­хом омуте черти водятся.
Но тут Шаяхмета стали призывать в солдаты. Однако он успел привести в дом из соседнего аула молодую сол­датку, у которой муж будто бы пропал без вести. На этот раз жениховать и соблюдать все обычаи не надо было — пригласить хазрета на чай, заплатить ему, что положено вот и все.
Сказано — сделано! Послали за хазретом. А он пре­бывал в хорошем настроении и, готовясь к омовению, мурлыкал под нос такую песенку:
Мир жизни нашей всем хорош, Когда бы смертью он не завершался...
И в мир иной мне было б невтерпеж,
Когда бы преисподней не боялся!
Тут и пришли посланные от Шаяхмета. Когда хазрет вошел в дом, в котором пахло вкусной мясной лапшой, взгляд его упал на молодую ладную жен­щину смазывающую маслом бялеш. Вот тебе и тихоня Шаяхмет! И где только нашел он такую красотку, на которую стоит только посмотреть, как чувствуешь при, лив бодрости! Видно, хоть и размазня этот Шаяхмет, но удачливый на эти дела!.. Такие мысли промелькнули в го. лове старого хазрета, уже готового приступить к своему делу. Но недаром же говорится, что если пище не суждено попасть тебе в рот, ее не затянешь туда и на аркане, — А извещение о смерти мужа ты получила? — спро­сил хазрет у солдатки, вытирая руки полотенцем с крас­ной каймой, которое она и подала ему.