— Что ж, лады, — говорит человек и показывает на свою шляпу, — вот, полную насыпешь — и довольно будет.
Ныряет водяной на дно озера и докладывает деду: так-то, мол, и так-то. «Ну что ж, — отвечает старый,— не много он хочет, вынеси, пусть уйдет».
Сыпет водяной в шляпу золотые монеты, а она лишь наполовину наполнилась. Посылает его человек:
— Еще давай, видишь — мало.
Пока водяной за золотом бегал, выкопал он под шляпой яму, а в тулье дырку просверлил, монеты в яму и попадали. В шляпе совсем мало осталось. Замучился водяной бегать, пока шляпа и яма под ней золотом не наполнились.
— А теперь, — говорит человек, — снеси шляпу ко мне домой. Земля под ней мне тоже понадобится, возьми и ее заодно.
— Ладно,— соглашается водяной.
Выполнил он приказание, золото себе на голову взвалил. А человек рядом идет, кочедык и колодки несет. Идут они так, а на дороге столб стоит.
— Что это? — спрашивает водяной. А человек отвечает:
— Посох деда моего, с которым ты давеча боролся. Идут дальше. Видит водяной: борона лежит.
— Что это? — спрашивает.
— Гребень. Дед им бороду чешет.
Еще идут, а тут на дороге соха валяется. Водяной и спрашивает.
— Это что такое?
— То дедова зубочистка.
Ладно. Добрались они до дому. Вошли. Человек и говорит жене: «А ну-ка, жена, подавай гостю угощение!» Вышла женщина во двор и принесла вилы. А муж ее я давай водяного вилами колоть: «Вот тебе угощение, лопай! Лопай!» — совсем беднягу замучил. «Хватит! — кричит водяной, — сыт я, сыт по горло!» «Так ступай, провожу тебя честью»,— и спустил на водяного собак. Собаки лают, рвут его на части, до рыла достать норо­вят. Насилу ноги унес. Прибежал водяной на озеро, деду рассказывает: «Ох и натерпелся же я, дедушка!» — и поведал все, что с ним случилось. «Был я у человека дома. Уж такое поднес он мне угощение! Угощал, угощал — чуть до смерти не закормил. Сыт, я кричу, сыт. Тогда только и отстал. Так прямо насильно и сует: ешь, говорит, ешь! А потом повел меня к порогу. «Про­водите его!» — приказывает детям. А те как насядут на меня: «Гау-гау, сау бул, сау!» — кричат, затормошили, затеребили, едва отбился!»
А дед утешает его: «Ладно, внучек, что было, то было, зато теперь спокойно заживем».
Так вот и третий из братьев богатым сделался.