— Вы доктора вызывали сегодня?—спросила бабушку Гаухар.
— Был уже. И лекарство выписал. Да что толку, не помогает. Ты, доченька, позвала бы Акназара. Ведь всякое может случиться...
Гаухар вышла на улицу. Теперь она, кажется, понимала тетушку Забиру. И сама тяжело вздохнула. Давно ля Талия была здорова, бойкости в ней было на двоих — и вот... В свое время неблаговидные дела и выходки Талия не раз осуждались. Но сейчас... Сейчас прежде всего-чувство жалости и желание, вряд ли исполнимое, как-то облегчить страдания этой женщины. Немедля Гаухар направилась к Бибинур-апа, коротко рассказала ей о состоянии Талии, о ее, возможно, последнем желании. Бибинур без лишних слов собралась, и обе они пошли в интернат,
В первые минуты Акназар и слышать не хотел о том, чтобы пойти к матери, думал, что его хотят вернуть домой. Он твердил:
— Все равно не буду жить у нее!
— Да ты и не останешься там, Акназар. Мать сильно больна, хочет видеть тебя.
— Я не нужен ей, она же всегда шала меня из дома.
— Теперь не время поминать старое, Акназар. Ты уже взрослый, должен понять…
Наконец мальчик уступил уговорам. Втроем вышли на улицу. Странно —повсюду сияет солнце, торжествует жизнь, и в это же время доживает последние минуты Талия. Об этом думали и Гаухар, и Бибинур-апа. Только Акназар еще не вполне понимал, что происходит, ему ведь не сказали, насколько плоха мать. Он идет к ней лишь потому, что просят учительницы.
Перед тем, как войти в дом, Гаухар взяла Акназара за руку. Мальчик нелюдимо озирался. Проследовали в маленькую полутемную комнатушку. Талия по-прежнему лежала е закрытыми глазами. Но когда послышались шаги, у нее дрогнули ресницы.
— Сынок...
Гаухар подвела мальчика к матери.
— Талия,— обратилась Бибинур-апа,— вот и Акназар пришел. Ты хотела видеть его. Он здесь, рядом...
Акназар смотрел на мать удивленно и все еще несколько отчужденно: неужели это она... его мать, которую он привык видеть совсем другой?
— Акназар? Где он?..— прошептала Талия и слегка повела рукой, из глаз ее выкатились две слезы, застыли на худых щеках.
Уступив молчаливым взглядам учителей, Акназар взял руку матери и, наверно сам не отдавая себе отчета, опустился на колени перед кроватью. Талия уже не открывала глаза, только участилось ее дыхание. Потом оно замедлилось. Вскоре совсем замерло.
Бибинур-апа взглянула на Гаухар.
— Нам здесь больше нечего делать.
— А он? — Гаухар кивнула на Акназара, все еще стоявшего на коленях перед кроватью.
— Акназар,— позвала Бибинур-апа,— пойдешь в интернат или побудешь здесь?
— Побуду,— сказал Акназар.
Старуха соседка поднесла ладони к своим шевелившимся губам, — должно быть, шептала молитву.

13

В первомайские праздники погода в Зеленом Береге установилась отличная. Ни старому, ни малому не сиделось дома. Дедушка Хайбуш приехал навестить
внука Агзама. Бабай в теплом бешмете, на голове белая войлочная шляпа, на ногах валенки с резиновыми галошами. Агзам сейчас же повел его к тетушке Забире. Опершись на суковатую палку, старец долго смотрел на избу тетушки Забиры, наконец молвил:
— Здесь все еще живут в таких домишках? Трудно понять, осуждающе он сказал или просто удивился жалкому жилищу, смолоду хорошо знакомому, но давно не виданному и теперь уже полузабытому.
Гаухар обеими руками поздоровалась со стариком.
— Как поживаете, Хайбуш-бабай? Проходите в дом. Вам, должно быть, слишком жарко стоять на солнцепеке.
Агзам взял деда под руку, новел в дом. Еще в сенях гостей радушно встретила тетушка Забира.
Хайбуш-бабай, погладив тонкие усы и маленькую бородку, с молитвой переступил порог, улыбнулся хозяйке:
— Говоришь, Забирой зовут тебя? Знаешь, Забира, ты попроще обходись со мной, хвастаться мне уж нечем. Вот лет двадцать-тридцать тому назад бабай был еще в силе. Ого, меня сам Стахеев, бывало, не знал, куда усадить! Вы, молодежь, наверно, понятия не имеете, кто такой Стахеев? Был на Каме такой миллионер! В Елабуге жил. Отличные каменные палаты стояли у него на берегу реки. К нему стекался хлеб со всего Прикамья, да еще и с Вятки, и с Белой, и с Волги Я был у него всего лишь крючником, но этот гордый бай протягивал мне руку. Чуял, шельма, какая у меня сила...