— Об этом мы знаем, — подтвердил Назимов. — Но мы, военные люди, знаем также, что слово — сло­вом, а дело — делом.
— Можно считать, что вы не верите моим сло­вам?— спросил Смердов.
— Нет, верю. Если бы не верил, не позвал бы вас сюда... — Назимов прикурил сигарету, затянулся не­сколько раз и закашлялся. Отдышавшись, твердо про­изнес: — Иван Иванович, мы думаем возложить на вас очень большую и ответственную работу. Как вы смо­трите на это?
— Приказывайте, я слушаю, — сказал Смердов и встал.
— Сидите же, — тронул его за руку Назимов.
— Я не могу выслушивать приказы сидя. Не при­вык.
— В данном случае допустите исключение. Сади­тесь, пожалуйста.
Смердов послушался. Назимов помолчал, соби­раясь с мыслями, продолжал:
— Я разговариваю с вами от имени товарищей из центра, объявляю их решение. Вам поручается фор­мирование бригады из советских узников, в составе двух батальонов.
Смердов все порывался встать, но Назимов при­держивал его за локоть.
— Не забывайте, Иван Иванович, что стены в ла­гере имеют глаза и уши, — шепотом продолжал Нази­мов, хотя до этого говорил почти полным голосом. — Вам хорошо понятно, как легко здесь проявить неосмотрительность и к каким гибельным последствиям может она привести...
Лицо Смердова залилось краской. Назимов продолжал уже другим тоном:
— Это не в упрек. Просто все мы не должны ни на минуту забывать об окружающих нас опасно­стях... Итак, бригада будет условно называться «Ка­менной», так как она должна формироваться только из узников, живущих в каменных блоках. Первая ваша задача — найти людей, способных командовать ба­тальонами... — Назимов слово в слово повторил то, что однажды уже говорил Смердову. — Затем строго держитесь нашего основного правила: весь рядовой состав знает лишь своих непосредственных команди­ров, а начальники — подчиненных. Никаких отклоне­ний! Сами командуйте только через комбатов. Дове­ряйте им, а они пусть доверяют комротам. Что еще?.. Вас познакомят с одним товарищем. Зовут его Нико­лай Толстый. В дальнейшем вы будете иметь дело с ним, как с представителем центра. Ему же и будете подчиняться. Повторяю, вы имеете дело только с ка­менными блоками. Деревянные бараки и Малый ла­герь в вашу компетенцию не входят. Понятно, Иван Иванович?
— Все ясно! Прикажете выполнять? — Лицо ста­рого командира было строгим и торжественным.
— Выполняйте. Желаю успеха.
42 Неизвестный герой

В мае «Русский политический центр» назначил Николая Кимова начальником «Службы безопасно­сти» и одновременно избрал его своим членом.
При сдаче батальона Кимов вместе с картой-схемой лагеря передал Назимову и подробный план десятой казармы — трехэтажного каменного здания, в котором размещались солдаты-эсэсовцы. На этом плане с исключительной точностью было обозна­чено расположение коридоров, комнат, дверей и окон, куда открываются окна и двери, количество коек в комнатах, места для хранения оружия, посты, — од­ним словом, все, что могло представлять интерес.
При виде такого «подарка» у Назимова сверкнули глаза. «Вот если бы все казармы были нанесены на такие планы», — мелькнуло у него в голове.
— Откуда у вас эта штука?
Кимов сказал, что с помощью немецких товарищей ему удалось устроить одного русского военнопленно­го постоянным плотником в столовую для эсэсовских офицеров.
— Он ремонтирует там мебель, выполняет прочие поделки, в то же время ведет учет эсэсовцев, питающихся в этой столовой, отмечает изменения в офицер­ском составе, прислушивается к разговорам: он от­лично понимает по-немецки. Он же ухитрился сделать этот чертеж.
— Да ведь это замечательно! — восхищался На­зимов.
— Кроме того, — продолжал Кимов, — у меня есть верные ребята из поляков, чехов, французов, ко­торые обслуживают эсэсовцев в качестве портных, посыльных, сапожников, денщиков...
— Русских не допускают к личному обслужива­нию?
— Русских — нет.
Дальше Кимов познакомил Назимова со сведе­ниями, полученными им через своих агентов, о чис­ленности и составе охранной дивизии эсэсовцев, их вооружении, внутреннем распорядке.